Музеи мира
Цифровые библиотеки и аудиокниги на дисках почтой от INNOBI.RU
Книги о музеяхЭнциклопедия музеевКарта проектаСсылки


Пользовательского поиска



тут продаётся оборудование для отопления, водоснабжения

предыдущая главасодержаниеследующая глава

В Павловском парке

Приходилось ли вам бывать в Павловском парке? Неповторимо прекрасны его пейзажи, раскрывающие богатство русской природы, многообразны архитектурные сооружения. И если «Самсон, разрывающий пасть льва», стал эмблемой Петергофа, а образ юного поэта, сидящего в мечтательной задумчивости на старинной скамье, напоминает о городе Пушкине - некогда Царском Селе, то изображение статуи Аполлона на фоне полуразрушенной колоннады уже давно сделалось символом Павловска - одного из лучших памятников русского садово- паркового искусства конца XVIII-начала XIX века.

Непреходящая ценность Павловского парка-в многогранности его художественного облика, в совершенстве архитектурных форм и в том единстве, в котором предстает здесь природа и искусство. Редко, где можно увидеть пейзажи столь разные по настроению и эмоциональной окраске. Светлая долина реки Славянки с ее лиризмом и мягкой задушевностью, празднично яркие и парадные Большие круги... Суровый сумрак узких «готических» аллей Новой Сильвии, ширь и размах Белой березы.. .

Один из лучших образцов пейзажных парков, Павловск отражает и черты регулярных садов с обязательной подстрижкой деревьев и строгой симметрией планировки. Здесь можно увидеть также каменные террасы, каскады и лестницы, характерные для итальянских садов. Не случайно говорят, что Павловский парк- своеобразная энциклопедия садово-паркового искусства.

Он раскинулся на площади в 600 гектаров. Если все его дорожки составить в одну, то по ней можно дойти до Москвы.

Постепенно, на протяжении пятидесяти лет складывался Павловский дворцово-парковый ансамбль. Один за другим создавались его районы: долина реки Славянки, Большая звезда, Большие круги... Возводились павильоны, то легкие и изящные, то строгие и монументальные. Одни похожие на античные храмы, другие напоминавшие сельские хижины. Сооружались мосты, создавались каскады, декоративные руины. Зеленые «апартаменты» парка украшались беломраморной и бронзовой скульптурой.

Посмотрите на план: каждый район имеет свою особенность и в рисунке сети дорожек, и в размерах и очертаниях водоемов, и в принципе размещения архитектурных сооружений. Но вместе с тем отдельные участки парка художественно связаны и образуют единый законченный ансамбль.

В создании его принимали участие архитекторы Ч. Камерон, В. Бренна, А. Н. Воронихин, К. И. Росси, Тома де Томон, скульпторы И. П. Мартос, М. И. Козловский, В. И. Демут-Малиновский, живописцы Д. Скотти, П. Гонзаго и другие замечательные художники. Словно передавая друг другу эстафету прекрасного, они превратили огромный вековой лес в подлинное произведение искусства.

История земель, на которых расположен Павловск, уходит в глубь времен. Речка Славянка, сейчас тихо журчащая под старыми деревьями, а некогда полноводная и широкая, могла бы рассказать о новгородцах, охотившихся здесь, о торговых судах, устремлявшихся по ней «из варяг в греки», о боях, что приходилось вести новгородцам со шведами и рыцарями Тевтонского ордена за земли Ижорского края.

Эти земли, захваченные шведами в XVII веке, были освобождены во время Северной войны. Шведский генерал Крониорт так стремительно отступал под натиском русских войск, что не сумел воспользоваться оборонительными сооружениями, которые находились на месте еще возведенных новгородцами в XIII столетии деревянных и земляных укреплений-«Городка на реке Славянке». Впоследствии здесь была построена маленькая крепость Бип.

Шли годы. Росла, ширилась новая русская столица-Петербург. Вокруг нее возникали дворянские усадьбы, создавались царские резиденции с дворцами, парками и разными затеями. Забили высокие сверкающие струи фонтанов Петергофа. В Царском Селе появился вызывавший восхищение современников Большой дворец. А там, где суждено было возникнуть Павловску, все еще стоял глухой лес. Затерянные среди леса и болот, неподалеку от реки Славянки ютились две небольшие деревушки - Линна и Рысь-Кабачёк.

Тишина. Изредка нарушит ее семейство лосей, пришедших к реке на водопой. И опять безмолвие... Но с 60-х годов XVIII века эти места все чаще оглашаются звуками охотничьих рожков, лаем и нетерпеливым повизгиваньем гончих. Шумной кавалькадой приезжают сюда придворные во главе с Екатериной II, любившей развлечься охотой.

Вскоре в лесу появились два охотничьих домика-«Крик» и «Крак». «Крик» и теперь помнят многие. В лесной чаще Старой Сильвии стояла эта первая постройка Павловска - лесная избушка, сложенная из больших дубовых бревен. Домик был уничтожен во время гитлеровской оккупации.

В 1777 году Екатерина II подарила этот лес вместе с крестьянами окрестных деревень Павлу, тогда наследнику престола. Подарок был приурочен к рождению первого сына Павла-Александра. И с ранней весны следующего года здесь уже слышится звон пил, шум и скрип падающих деревьев. Крестьяне в лаптях, в длинных рубахах, с лопатами и топорами-такими мы видим их на акварелях XVIII века-отбывая ежедневную барщину, расчищают лес, прорубают просеки, прокладывают дороги.

Через некоторое время на высоком берегу Славянки выросли два деревянных загородных дома: Пауллюст - Павлова утеха и Мариенталь - долина Марии. Возле Пауллюста был разбит первый сад с беседками и мостиками. Наконец появились и сами владельцы загородной усадьбы. По дорожкам сада часто прогуливалась жена Павла-Мария Федоровна в сопровождении фрейлин. Слышались смех, возгласы, лай комнатных собачек. А кругом шум потревоженного леса. .. Разреженный, расчищенный от зарослей, переплетенный лентами дорожек - он постепенно отступал.

Но скромные постройки не удовлетворяли владельцев усадьбы. С согласия Екатерины II в Павловское, так называлась резиденция наследника, был приглашен ее придворный архитектор Чарльз Камерон. Ученый-археолог, знаток античности, шотландец Камерон создал в России замечательные творения, которыми вошел в историю русской архитектуры. С наибольшей полнотой раскрылся талант этого большого и тонкого художника в Павловске. Под его руководством с 80-х годов XVIII века здесь начались планомерные строительные работы, подчиненные единому художественному замыслу.

На месте Пауллюста строится большой каменный дворец. Неподалеку от него сооружаются Вольер, Колоннада Аполлона, Храм дружбы и другие павильоны. По плану Камерона преображаются долина реки Славянки и парк вокруг дворца, создается Большая звезда, а отдаленные участки леса превращаются в благоустроенные охотничьи угодья. Это было начало создания архитектурно-художественного ансамбля Павловска.

Главная постройка и центр этого ансамбля-Большой дворец (1782-1786). Он стоит на высоком холме и словно царит над парком. Далеко виден его купол, поднятый на легкой колоннаде. А вокруг кудрявятся клены, высятся тополя, дубы, клонятся гибкие ивы, и то там, то здесь видны светлые очертания павильонов парка. Их размещение, так же как планировка парка, тесно связано с дворцом.

Первоначально от центрального корпуса дворца, решенного архитектором в виде куба, отходили легкие крылья открытых галерей. Широко распахнутые в сторону двора, они заканчивались небольшими служебными флигелями. Впоследствии по проекту В. Бренна над открытыми галереями был надстроен второй этаж, значительно увеличены служебные корпуса и созданы отходящие от них большие полуциркульные флигеля.

Все фасады дворца оформлены различно, с учетом окружающего пейзажа.

Если идти ко дворцу по Тройной липовой аллее, которая предназначалась для торжественного въезда, то еще издали открывается вид на центральную часть здания. Парадный фасад в обрамлении зелени аллеи предстает строгим и монументальным. Высокий первый этаж является как бы цоколем-основанием, на котором выделяются четыре пары белых колонн, объединяющие второй и третий этажи. А над ними, завершая композицию, высится колоннада, поддерживающая купол. Ясность членения, четкие спокойные линии, соразмерность пропорций создают ощущение удивительной цельности и гармонии.

Тройная липовая аллея подводит к парадному двору, в центре которого в 1872 году был поставлен памятник Павлу I. Это копия со статуи работы И. П. Витали, находящейся в Гатчине.

План Павловского парка
План Павловского парка

I-Большая звезда; II-Центральный район; III-Долина р. Славянки; IV-Старая Сильвия; V-Новая Сильвия; VI-Долина прудов; VII-Белая береза; VIII-Парадное поле.

1. Круглый зал;

2. Стадион;

3. Курзал (не сохранился);

4. Колоннада Аполлона;

5. Холодная баня;

6. Детская площадка;

7. Горбатый мостик;

8. Черный мост;

9. Большой дворец;

10. Павильон Трех граций;

11. Большие круги;

12. Вольер;

13. Павильон Росси;

14. Молочня;

15. Братская могила;

16. Храм дружбы;

17. Большой каскад;

18. «Памятник родителям»;

19. Старая Сильвия;

20. Каменный амфитеатр;

21. Руинный каскад;

22. Зеленый амфитеатр;

23. Пиль-башня;

24. Аполлон Музагет;

25. Мавзолей Павла;

26. Колонна «Конец света»;

27. Краснодолинный мост;

28. Центральная площадка Белой березы;

29. Розовый павильон (не сохранился);

30. Олений мост

Противоположный парадному, западный фасад дворца обращен к Славянке. Крутой склон берега словно образует величественный постамент, на котором возвышается здание. Портик, украшающий фасад, и колоннада купола усиливают впечатление устремленности ввысь и легкости постройки. Зеркальная гладь реки отражает зеленый бархат берегового откоса и дворец... Озаренный лучами заходящего солнца, он запечатлен в стихах В, А. Жуковского:

Люблю, когда закат безоблачный горит, 
Пылая, зыблются древесные вершины, 
И ярким заревом осыпанный Дворец, 
Глядясь с полугоры в водах, покрытых тенью, 
Мрачится медленно, и купол, как венец. 
Над потемневшею дерев окрестных сенью, 
Заката пламенем сияет в вышине 
И вместе с пламенем заката угасает.

Южным фасадом дворец обращен в сторону Собственного садика, созданного Камероном по типу голландских, с мелкой сетью дорожек и клумб строго симметричной планировки. Рассчитанный на восприятие с близкого расстояния, фасад лишен крупного архитектурного членения. На спокойной глади стены выделяется только широкая лента лепного фриза и нарядные окна второго этажа, помещенные в небольшие заглубления и украшенные легкими колоннами.

Северный фасад решен просто и строго. Он, так же как и западный, выходит в сторону реки Славянки, делающей здесь в своем течении крутой поворот на север. Ее берега густо заросли; высокие тополя, клены, дубы вплотную подходят ко дворцу. Лишь кое-где сквозь зеленую завесу листвы проглядывают его стены.

Находясь внутри дворца, постоянно чувствуешь его связь с окружающей природой. Из многих комнат первого этажа можно попасть прямо в парк. Большие застекленные двери и декоративная зелень, покрывающая наружные стены здания, делают этот переход почти незаметным.

В Нижнем вестибюле оказываешься перед большой фреской художника Д. Скотти. На ней-пейзаж парка. Поднявшись во второй этаж, из окон Верхнего вестибюля видишь Тройную липовую аллею, продолженную просекой. Прямая, как стрела, она уходит, кажется, к самому горизонту. Этой перспективой можно любоваться и через раскрытые двери из парадных залов дворца-Итальянского и Греческого.

Итальянский зал расположен в центре дворца. Круглый в плане, без окон, с высоким купольным сводом и верхним светом, он похож на древний римский храм. В нишах его стен, облицованных розовато-сиреневым искусственным мрамором (стюкком), белеют подлинные античные мраморные статуи. Окна Верхнего вестибюля, большие двухстворчатые двери в Итальянский зал и те, которые ведут в соседний Греческий, расположены на одной оси с Тройной липовой аллеей. Когда смотришь на нее из глубины здания, она кажется бесконечной. Из широких окон Греческого зала, напоминающего внутренний дворик античного дома-перистиль, видны и зеленые берега Славянки, и окруженная деревьями Колоннада Аполлона.

Планировка и отделка многих других комнат также решена в художественном единстве с окружающим парком. Камерон находит для этого самые различные приемы.

Во многом изменился облик дворца после воцарения на престол Павла I. Главным придворным архитектором вместо Камерона был назначен Бренна. Расширяя и перестраивая дворец, он придает ему черты парадности и торжественности. Фасады флигелей щедро украшаются лепными изображениями шлемов, знамен, мечей и других атрибутов военной славы. Во дворце создаются новые помещения - Тронный, Кавалерийский, Картинный залы, церковь и другие. И хотя планировка центрального корпуса остается прежней, во многих случаях меняется характер отделки. Тонкую изысканность камероновских интерьеров сменила тяжеловесная пышность, которую придал им Бренна, применивший высокорельефную лепку и позолоту. Вместо шаловливых амуров и изящных граций на стенах появились мечи, пучки стрел, суровые маски львов, отсеченные головы змееволосых горгон.

Большой пожар в 1803 году уничтожил почти всю внутреннюю отделку центральной части дворца. Для ее восстановления был приглашен выдающийся русский зодчий А. Н. Воронихин. Воссоздавая поврежденные залы, архитектор стремился придать им первоначальный облик. В некоторых случаях он вносил свое, новое в отделку и убранство интерьеров, но не изменяя, а как бы развивая замысел Камерона. Даже и в Кабинете-«фонарике», созданном целиком по проекту Воронихина, явственна характерная для построек Камерона связь интерьера с парком.

«Фонарик» - это сравнительно небольшая комната в первом этаже дворца. Полуциркульная застекленная стена ее выходит в Собственный садик и соединяется с остальной частью помещения аркой, украшенной кариатидами работы В. И. Демут-Малиновского. Легкими, почти воздушными кажутся лепные женские фигуры на фоне пейзажа, который открывается за прозрачной стеклянной стеной. Нарядный паркет пола как бы продолжают желтые дорожки и яркие клумбы сада, находящиеся почти на одном уровне с полом. Все это делает Кабинет-«фонарик» похожим на легкий парковый павильон.

В 1822 году по проекту К. И. Росси во дворце было создано помещение для библиотеки. Зодчий нашел для нее удивительно удачное место над галереей, возведенной В. Бренна и украшенной фресками П. Гонзаго.

Центральная часть парка
Центральная часть парка

1. Колоннада Аполлона; 2. Холодная баня; 3. Мост кентавров; 4. Большой дворец; 5. Павильон Трех граций; 6. Памятник Павлу I; . Горбатый мостик; 8. Черный мост; 9. Большой каскад; 10. Храм дружбы; 11. Большие круги; 12. Вольер; 13. Молочня; 14. Павильон Росси; 15. Лабиринт; 16. Братская могила; 17. Висконтиев мост

Это большой светлый зал с высоким сводчатым потолком и огромными полуциркульными окнами. В плане он повторяет мягкий изгиб галереи. Снаружи арки оконных проемов как бы опираются на колонны галереи, образуя на фасаде единый графический рисунок. А лепной декор и мраморная скульптура, размещенная в глубине галереи, как бы сливаются с широкими аркадами, нарядными лестницами и колоннадами, написанными Гонзаго на плоскости стены.

Постройкой Библиотеки было завершено создание дворцового ансамбля. И хотя Павловский дворец после Камерона претерпел изменения во внешнем облике и в размерах, он не утратил стилевого единства и представляет большой интерес как памятник русского классицизма.

Одновременно с дворцом создавались и первые районы парка. Разбивая их в новом тогда пейзажном стиле, Камерон определил дальнейший характер развития Павловского парка как пейзажного. Лишь при оформлении участков вблизи дворца архитектор, как бы отдавая дань традициям, использует черты парадных торжественных регулярных садов.

От главного фасада дворца прорубили широкую просеку. Вскоре она была обсажена липами, кроны которых тщательно подстригались в форме шаров, и украшена газонами с лентой цветников. Четыре ряда лип образовали Тройную аллею-парадный въезд ко дворцу. Средняя, широкая часть предназначалась для карет и экипажей, а две по сторонам, поуже - для пешеходов.

Но интерес к регулярной планировке и подстриженным деревьям угасал. И липы, которых уже не касались ножницы садовника, постепенно разрослись, широко раскинув свои ветви,-такими мы видим их и сейчас. Необыкновенно хороши они ранней весной, одетые в прозрачное кружево только что появившейся зелени. А летом боковые аллеи превращаются в тенистые прохладные коридоры с зеле ными сводами, и тогда солнечные лучи, пробиваясь сквозь листву, ложатся на песок редкими трепетными бликами.

Рядом расположен лабиринт с затейливым рисунком дорожек и зелеными стенами высокого подстриженного кустарника. Здесь много цветов. С ранней весны до глубокой осени их аромат привлекает проходящих по Тройной липовой аллее. Лабиринт, заглохший в XIX веке из-за отсутствия ухода, восстановлен в 1955 году по сохранившимся рисункам Камерона.

Перед лабиринтом находится Вольер-птичник. Это большой парковый павильон в стиле классицизма. Сильно вытянутое прямоугольное в плане одноэтажное здание состоит из трех одинаковых по размерам архитектурных объемов: центрального-с выступающим портиком и куполом и двух боковых, которые соединены с ним сквозными галереями. Когда-то между колоннами галерей были натянуты сетки и там среди растений редкой красоты порхали птицы.

Обращенная в сторону юго-запада постройка в ясные дни залита солнцем. Войдите в Вольер. Вы не почувствуете, что находитесь в помещении: через большие окна и открытые галереи, со всех сторон, видны деревья, кусты, цветы. А чтобы войти сюда, не надо даже переступать порог-его нет: пол Вольера находится на уровне земли.

Сейчас здесь размещена летняя библиотека-читальня. И кажется, трудно найти более подходящее место для того, чтобы расположиться в шезлонге с книгой или журналом в руках...

У Вольера, со стороны дворца, небольшой пруд. Его берега заросли цветущим кустарником и плакучими ивами, а в середине прямо из воды поднимается мраморная статуя купальщицы. Пруд вырыт в XIX столетии. В те времена очертания его берегов напоминали фигуру женщины.

Против южного фасада дворца в Собственном садике высится павильон Трех граций, построенный в 1801 году по проекту Камерона. Легкая открытая колоннада, поддерживающая перекрытие, напоминает классический портик. Фронтоны его украшены барельефами работы скульптора И. П. Прокофьева. На одном, обращенном к дворцу, изображен Аполлон, на противоположном-богиня мудрости Минерва.

Павильон находится на высокой террасе. От дворца сюда ведет центральная дорожка Собственного сада. Несколько каменных ступеней -и мы на прямоугольной площадке, покрытой плитами светло-серого камня. Шестнадцать стройных белых колонн стоят по сторонам ее. А в центре на мраморном пьедестале скульптурное изображение тех, кому посвящен этот открытый, кажется, всегда пронизанный солнечными лучами храм. Граций древние греки считали покровительницами всего прекрасного и радостного. Легкими, полными изящества движениями, они поддерживают установленную на колонне вазу. Их обнаженные фигуры-воплощение женственности и красоты. Группа высечена итальянским скульптором П. Трискорни из одного куска мрамора.

С террасы павильона открывается чудесный вид. Внизу сверкающий на солнце большой пруд. На противоположном берегу стоит обелиск-памятник в честь основания Павловска, созданный по рисунку Камерона. Далее видны очертания Крепости Бип, построенной архитектором Бренна по распоряжению Павла в 1795 году. Размещавшийся в ней гарнизон нес службу по всем правилам боевой крепости. Там были установлены орудия. Оттуда часто слышался бой барабана, объявляющего тревогу, звуки труб - проходили ученья.. . Находящаяся на возвышении с почти отвесными склонами, крепость напоминает миниатюрный средневековый замок.

Против западного фасада дворца, на самом краю обрывистого берега Славянки расположена сдвоенная открытая колоннада. Она выполнена из светло-серого пудостского камня. Часть ее, обращенная ко дворцу, разрушена, и куски, поросшие мхом, в живописном беспорядке лежат у подножия статуи Аполлона.

Созданная в 1780-1783 годах архитектором Камероном, Колоннада Аполлона вначале находилась дальше от берега - на широком лугу и представляла собой замкнутый круг. Бронзовая статуя античного бога солнца и покровителя искусств помещалась на высоком постаменте в центре его.

Окруженный небольшой рощицей, храм-так он тогда и назывался-как бы напоминал пришедшим сюда, что они попадали в мир поэзии и красоты. Позже колоннада была перенесена ближе к дворцу на берег реки. У подножия ее был устроен каскад, ниспадавший в Славянку. Через его бурный поток перекинули мост, сложенный из поросшего мхом туфа.

Все это должно было напоминать Парнас с чистыми водами кастальского источника, где, по верованию древних греков, обитали Аполлон и музы.

Однажды летом в 1817 году во время грозы рухнула часть колоннады. Гостивший тогда в Павловске французский поэт Сен-Моор вспоминает: «Ночью под ударами грозы эти мраморы были яростно разбросаны, и случайность сделала более, нежели самый утонченный вкус: настал день, каждый восхищался этим романтическим видом, этим изящным разгромом, и даже говорят, что Аполлон одобрил это».

Вскоре рука неизвестного художника придала руинам еще большую живописность.

Взволнованный романтичностью руин и каскада В. А. Жуковский писал:

Люблю смотреть, когда дерновый скат в огне, 
И сеть багряная во мраке лип сияет; 
Когда на падший храм, прорезав ткань листов, 
Лучи бросаются златыми полосами, 
Горят на белизне разрушенных столпов 
И искрой огненной с кипящими волнами 
По каплям прядают и гаснут на лету...

Недалеко от Колоннады Аполлона, чуть ниже по течению Славянки, у самой воды, среди зелени стоит Холодная баня. Этот небольшой павильон отличается простотой решения. Здание состоит из двух архитектурных объемов: высокой ротонды с куполом и примыкающей к ней постройки, прямоугольной в плане, с двухскатной кровлей. Здесь была купальня с круглым бассейном и комнатой для отдыха. Павильон возведен по проекту Камерона в 1799 году.

Мягко обогнув холм, на котором возвышается дворец, Славянка выпрямляет свое течение. Теперь нам предстоит пройти вдоль реки, на берегах которой архитектор Камерон создал один из лучших районов парка.

Художник блестяще использует естественный ландшафт долины: широкую пойму реки с сочной яркой травой, холмистые берега - сравнительно пологий заросший кустами, деревьями левый и крутой, местами обрывистый - правый. Кое-где он расширяет русло Славянки,

увеличивая зеркало воды, или, наоборот сближает берега, а в одном месте даже изменяет русло. Вырубая деревья, он оставляет только те, которые отличаются красотой кроны, часто к ним подсаживает деревья других пород, образуя живописные группы. Иногда Камерон вводит в рождающиеся пейзажи небольшие постройки, мосты. Но это не нарушает естественности ландшафта, а лишь усиливает его выразительность. В результате, кажется, что все осталось то же-и река, и ее берега, но пейзажи стали ярче, проникновеннее, художник своим вмешательством помогает глубже почувствовать прелесть русской северной природы. Так композитор обрабатывает народную песню, сохраняя основную мелодию, но раскрывая богатство ее музыкальных возможностей.

Все это совсем не похоже на чопорные регулярные парки первой половины XVIII века с линейной посадкой подстриженных деревьев, с четкой геометрической планировкой дорожек и прудов, где во всем видна рука человека. Долина Славянки-образец пейзажного стиля в паркостроении.

«Что шаг, то новая в глазах моих картина», - писал В. А. Жуковский о прогулке здесь.

Вот небольшой горбатый мост. Старые камни его поросли мхом. Крутая арка пролета поднимается над почти высохшим старым руслом реки. Берега близко подошли друг к другу, и деревья, стоящие на них, сплелись своими ветками... А рядом-живописный островок, заросший ивами.

Поднимемся на высокий берег. Перед нами открывается широкая панорама. Тихие темные воды реки, дорожки, словно манящие вдаль, и выступающий среди зелени Храм дружбы. ..

У воды живописно разместились кусты и низкорослые деревца; склонившись, они будто вглядываются в свое отражение. Чуть поодаль крепкие высокие деревья стоят по одному, красуясь своей раскидистой кроной. А вот они сбежались большими группами, и в тени их так спокойно отдохнуть... Какое многообразие оттенков зелени, какое богатство игры света и тени. Серебристые ивы распушились узкими длинными листочками и клонят к земле свои гибкие ветви. Белеют чистые стволы берез. Темный силуэт пирамидальной ели четко вырисовывается на светлой зелени луга. Солнечные лучи, пронизывая листву, придают пейзажу какой-то удивительно радостный вид. Но вот проплывающее по небу облако закрыло на миг солнце, и все преобразилось. Картина предстает в приглушенных тонах, и кажется, что даже пение птиц стало тише.

Чем выше берег, чем дальше от воды, тем гуще растут деревья, и представляется, что там, вдали, непроходимый лес- такой плотной стеной стоят они.

Долина реки Славянки
Долина реки Славянки

1. Колоннада Аполлона;

2. Холодная баня;

3. Мост кентавров;

4. Горбатый мостик;

5. Черный мост;

6. Храм дружбы;

7. Большой каскад;

8. Висконтиев мост;

9. «Памятник родителям»

Взгляд притягивает светлый и торжественный Храм дружбы - один из лучших памятников русского классицизма второй половины XVIII века. Он создан по проекту Камерона в 1782 году. Впечатление благородной простоты и вместе с тем величественности создает эта постройка, органично включенная в пейзаж.

Узкая лента реки, огибая храм с трех сторон, словно отделяет его от всего парка и создает место для уединенных задушевных дружеских бесед. Мягко извиваясь по зеленому лугу, ведет к нему небольшая тропинка. Рядом с высокими деревьями издали он кажется небольшим и легким. Но подойдите к нему-и вы сразу почувствуете монументальность его форм.

Шестнадцать мощных колонн поддерживают антаблемент, на котором покоится невысокий купол. Колонны, стоящие на некотором расстоянии от стены, образуют замкнутую галерею. Суровая гладь стены смягчена белыми лепными медальонами. Цельность общего замысла, логическая оправданность и подчиненность ему деталей, строгая соразмерность частей - вот что является характерным для этой постройки.

Павильон был построен в честь Екатерины II. Скульптурное изображение ее в облике богини плодородия Цереры первоначально находилось внутри сооружения. Над входом была надпись: «Любовь, благодарность и почтение посвятили».

Прошли многие десятилетия. Забыты лицемерные отношения Екатерины II и ее наследника. Но прекрасное творение Камерона, сумевшего воплотить в художественном образе великую идею дружбы, продолжает жить и волновать.

Постройки Камерона умеют «говорить». Чаще они вызывают чувство радости, порой-тихой грусти, но всегда волнуют и создают лирическое настроение.

Неподалеку от Храма дружбы стоит другое произведение этого архитектора- «Памятник родителям». Он посвящен умершим родственникам жены Павла.

Мы идем дорожкой вниз по течению Славянки. Русло ее становится широким, лес словно отодвинулся, открыв берега. Как огромное зеркало, отражает вода и синее небо с белыми облаками, и зелень берегов, и мост из светло-серого камня. Большие вазы на мощных устоях, мягкий плавный изгиб арки пролета и даже ажурная решетка - все повторяется в глади воды. Висконтиев мост построен в 1802 году по проекту архитектора Воронихина каменных дел мастером Висконти-отсюда и название его.

Но не здесь, в просторной и светлой долине Славянки, строит Камерон мемориальное сооружение, а на бровке высокого берега, среди густого хвойного леса, на окраине тогдашнего парка. Одна из тропинок ведет туда.

Огромные прямоствольные сосны, мохнатые серые ели и сейчас обступают памятник. Колючие ветки задевают лицо, руки, мешают идти... Но вот деревья расступились, словно освобождая место для этого небольшого, но монументального сооружения-подлинного храма скорби. От дворца к нему ведет дорожка, названная Философской. Узкая, плотно обсаженная высоким кустарником, она создает ощущение уединенности, настраивает на размышления.

«Памятник родителям» (1786) напоминает греческую эдикулу-прямоугольную в плане постройку с большой нишей и двумя колоннами. В глубине на высоком постаменте скульптура женщины, склонившейся к урнам. Ее фигура с напряженно протянутыми руками выражает глубокое горе. По другую сторону пьедестала - гений смерти. Приподняв покрывало с урны, он ожидает конца прощания. «Я видел, как плачет мрамор»,- сказал об этом памятнике А. С. Пушкин.

Скульптурная группа выполнена И. П. Мартосом и установлена здесь только в 1807 году. Слившись со строгой архитектурой Камерона, она привнесла в памятник ноту глубокого драматизма.

По проекту Камерона в парке были возведены и пасторальные павильоны: «Молочня», «Старое Шале», «Хижина пустынника» и другие. До наших дней сохранилась только Молочня. От «Памятника родителям» туда можно пройти по Философской дорожке.

В лесной чаще, среди высоких деревьев, стоит эта постройка, напоминающая альпийский домик. Стены сложены из булыжника. В толще их редко размещены окна. Высокая, с большим навесом крыша опирается на деревянные столбы, врытые в землю. Построенная в 1782 году, Молочня почти не изменилась. Только прежде крыша была соломенной и над нею находился навес с колоколом.

Первоначально молочный домик был и фермой. Недалеко от него помещались скотный двор и птичник. Во дворе среди кур и уток прохаживались фазаны и павлины. А на лужайке около леса мирно паслись коровы и овцы; На призывный звон колокола по вечерам скот медленно возвращался к стойлам. Такие картины «сельской идиллии» были непременным украшением пейзажных парков XVIII века.

Молочню, как и другие павильоны, Камерон разместил неподалеку от дворца, с тем чтобы их можно было посетить во время прогулок, развлечься и отдохнуть. Не случайно одна из комнат Молочни была обставлена с дворцовой роскошью: золоченая мебель, зеркала, бронза...

Камерон работал и в отдаленных участках парка. По его проекту на левом берегу Славянки в густом хвойном лесу, простиравшемся до Царского Села, создавалась Большая звезда. Площадь ее 130 гектаров.

Густую темную чащу леса рассекли двенадцать больших просек, отходящих лучами от центральной круглой площадки. Затем появились многочисленные дорожки, проложенные в разных направлениях и соединившие просеки так, что в плане получался рисунок звезды. Это и определило название района.

Постепенно лесные просеки превратились в аллеи, по сторонам их поднялись рядами посаженные клены, березы, дубки. Старый лес стал светлее, радостнее. Обитатели дворца и их гости часто приезжали сюда на веселые пикники. Широкие и прямые, удобные для прогулок в колясках и верхом, дорожки получают необычные названия - «Молодого жениха», «Красного молодца», «Зеленой женщины», «Красного солнца» и т. п.

На центральной площадке Большой звезды в 1799 году был возведен Круглый зал, предназначавшийся для небольших концертов. Его второе название- Музыкальный салон. Строительство павильона было начато Камероном, но заканчивал его уже Бренна. В годы оккупации концертный зал был разрушен.

Бренна, возглавивший работы по превращению Павловска из великокняжеской усадьбы в царскую резиденцию, не только расширил и перестроил дворец, но и создал новые участки парка.

Возле Тройной липовой аллеи, против Вольера, в 1797 году появились Большие круги. Они предназначались для торжеств и празднеств, которые, начавшись во дворце, обычно продолжались в парке. Создавая этот участок, Бренна использует элементы пышных итальянских садов, с широкими лестницами, террасами, балюстрадами.

Большие круги - это две обширные круглые площадки с цветниками, зелеными партерами и каменными террасами. В центре их на гранитных пьедесталах установлены мраморные фигуры - «Мир» и «Правосудие» - работы итальянского скульптора П. Баратта конца XVII - начала XVIII века. Статуи эти были закуплены еще при Петре I вместе со скульптурой, украшающей Летний сад.

Сочетание белоснежного мрамора с яркими клумбами и зелеными партерами, а также строгая симметрия планировки, подчеркнутая линиями стриженого кустарника,-все это придает Большим кругам парадную торжественность. Во время празднеств здесь развешивались цветные фонарики, «плошки» с горящим маслом. Торжества обычно завершались затейливым красочным фейерверком, и в свете причудливых огней как бы оживали мраморные статуи.

Рядом, парадно оформляя подход ко дворцу со стороны Славянки, Бренна сооружает Большую каменную лестницу, широкую, в шестьдесят четыре ступени, разделенную на четыре марша, с большими уступами по сторонам. На нижней площадке ее стоят два чугунных льва, оскалившихся, словно готовых броситься на непрошенного посетителя. Наверху лестницу стерегут мраморные львы. Повернув головы, они как бы провожают взглядом всех проходящих.

Для создания иллюзии большей протяженности лестницы архитектор Бренна использует остроумный прием: делает ее внизу значительно шире, чем наверху. От этого лестница и склон холма, на котором стоит дворец, кажутся и выше и величественнее. Лестница Бренна соединяет две разных по характеру части парка - долину Славянки и Большие круги.

Пейзаж парка
Пейзаж парка

Пейзаж парка
Пейзаж парка

Дворец со стороны Славянки
Дворец со стороны Славянки

Вид на дворец со стороны Тройной липовой аллеи
Вид на дворец со стороны Тройной липовой аллеи

Парадный фасад дворца
Парадный фасад дворца

Полуциркульный флигель дворца
Полуциркульный флигель дворца

Барельеф на фасаде флигеля
Барельеф на фасаде флигеля

Памятник Павлу I
Памятник Павлу I

Фрагмент фасада Библиотеки Росии
Фрагмент фасада Библиотеки Росии

Вольер
Вольер

Купальщица на пруду у Вольера
Купальщица на пруду у Вольера

Цветник у Вольера
Цветник у Вольера

Собственный садик
Собственный садик

Павильон Трех граций
Павильон Трех граций

Три грации
Три грации

Обелиск в память основания Павловска
Обелиск в память основания Павловска

Крепость Бип
Крепость Бип

Колоннада Аполлона
Колоннада Аполлона

Статуя Аполлона
Статуя Аполлона

Холодная баня
Холодная баня

Горбатый мостик
Горбатый мостик

Храм дружбы
Храм дружбы


Пейзажи в долине Славянки
Пейзажи в долине Славянки

Пейзажи в долине Славянки
Пейзажи в долине Славянки

Висконтиев мост
Висконтиев мост

'Памятник родителям'
'Памятник родителям'

Молочня
Молочня

Одновременно Бренна создает Старую и Новую Сильвию (Silvia - по-латыни- лес) - районы, расположенные на высоком правом берегу Славянки, за Висконтиевым мостом.

Среди хвойного леса находится центральная площадка Старой Сильвии и двенадцать отходящих в разные стороны прямых аллей. С ними связано и другое название района - Двенадцать дорожек. Своей планировкой Старая Сильвия напоминает Большую звезду. И здесь свободно растущие деревья заключены в . рамки регулярной планировки. Но вместе с тем художественный облик этой части парка совсем иной.

Мы в центре Старой Сильвии. .. Оглянитесь вокруг! Не попали ли мы в своеобразный музей? Зеленые стены деревьев со светлой полосой стриженого кустарника образуют круглый «зал». В центре на высоком пьедестале стоит статуя Аполлона Бельведерского. Его фигура с широким жестом поднятой руки видна с любой дорожки. По кругу площадки расположено еще двенадцать бронзовых скульптур. Все они - копии с античных оригиналов.

Тонко гармонирует бронза с неяркими красками северной природы... Золотистые оттенки металла, легкая зеленоватая патина прекрасно сочетаются с темной зеленью «живых стен». Бронзовые фигуры как бы излучают тепло и оживляют порой сумрачный пейзаж. А зимой, когда статуи одевает снег, кажется, что они теплом своим согревают и эти белые одежды.

Девять муз-по античной мифологии покровительниц искусства и наук-окружают Аполлона. Урания-муза астрономии держит небесную сферу. Со смеющейся маской-муза комедии Талия. На лире играет покровительница танцев Терпсихора...

Здесь же полная грации и женственности статуя Венеры Каллипиги-богини любви и красоты. Рядом с нею быстроногий вестник богов и покровитель торговли Меркурий. А напротив - юная Флора, богиня цветов и весны. Она чуть подалась вперед и как бы протягивает нам букет.

С центральной площадки видны и другие статуи, расположенные в конце четырех дорожек. Но не спокойствие и благородная простота отличают их. В них все полно движения и драматизма.

Скульптор изобразил детей Ниобы, которая, по преданию, возгордясь ими, перестала воздавать почести Латоне- возлюбленной Зевса. Дочь и сын оскорбленной Латоны, Артемида и Аполлон, направили смертоносные стрелы в детей Ниобы. Они умирают один за другим на глазах матери.

Вот юноша, почти мальчик, упавший на колено. Его стройная фигура полна напряжения, голова со страдальческим лицом запрокинута, пальцы рук судорожно сжаты. Три другие статуи-юные женщины-также в трагических, полных динамики позах. Особенно запоминается одна. Кажется, что она бежит, спасаясь от гибели. Лицо с глубоко запавшими глазами и приоткрытым ртом выражает страх перед смертью. Развевающиеся одежды подчеркивают стремительность бега.

Оригиналы Ниобид были созданы Скопасом-греческим ваятелем, жившим в IV веке до н. э.

Все статуи Старой Сильвии выполнены в 80-х годах XVIII века по восковым моделям профессора Петербургской Академии художеств скульптора Ф. Гордеева. Отливали и чеканили скульптуру мастера В. Можалов, В. Екимов, Е. Гастеклу.

Одна из дорожек Старой Сильвии выходит к высокому открытому холму на берегу Славянки. После узких тенистых аллей Сильвии здесь особенно радуют обилие света и простор. В 1793 году на этом месте был создан Амфитеатр-так в древней Греции и Риме назывались сооружения для публичных зрелищ с ареной и местами для зрителей, возвышающимися полукругом.

Старая Сильвия
Старая Сильвия

1. «Памятник родителям»; 2. Висконтиев мост; 3. Зеленый амфитеатр; 4. Каменный амфитеатр; 5. Центральная площадка со скульптурой; 6. Пиль-башня; 7. Каскад-руина; 8. Старосильвийские пруды

На холме сохранилась каменная терраса со ступенями, расположенными полукругом в сторону реки. Прежде здесь находилась деревянная скамья для зрителей. На противоположном пологом берегу деревья и подстриженные кусты размещены так, что они как бы образуют большую сцену с кулисами, искусно вкомпонованную в пейзаж.

Если взглянуть с холма вниз по течению Славянки, то увидишь на фоне темной стены леса романтическую Пиль- башню. Она построена архитектором Бренна в 1795 году. Наружные ее стены расписаны Гонзаго.

К сожалению, павильон не сохранился полностью в первоначальном виде. Но по старым акварелям и рисункам мы можем его себе представить более точно.

...На берегу реки среди деревьев стоит круглая башня. Время не пощадило ее. Стены с большими окнами частично разрушены. Крутая конусообразная крыша покрыта соломой. Здание огибает ветхая деревянная лесенка. У подножия старой башни прилепилась мельница. Через реку, крутые берега которой густо заросли лесом, переброшен небольшой мост. С его деревянных зыбких перил живописно свисает зелень.

Пиль-башня - декоративная постройка, служившая местом отдыха во время прогулок.

Неподалеку отсюда, на правом берегу реки, есть еще одно романтическое сооружение - Каскад-руина. Аллея Старой Сильвии, соединяющая все двенадцать дорожек, подводит к крутому склону. Две извилистые лесенки со ступенями, вросшими в землю, спускаются к небольшой площадке. Справа от нее - тихий пруд, слева внизу-шумит и пенится неугомонный каскад. Как необычна его ограда! Тонкие стволы берез, заменяя перила, соединяют каменные потемневшие постаменты. На них, как бы поврежденные временем, вазы и фигуры львов из серого пористого камня, поросшего темно-зеленым мхом. А внизу, среди камней, омываемых струями каскада,-обломки античных статуй, колонн... «Все к размышлениям здесь влечет нас невольно»,-писал Жуковский об этом уголке парка. Так же как и мы, не раз стоял он у этой полуразрушенной ограды и слушал шум ниспадающей воды.

Перейдя Руинный мостик-так иногда называют этот каскад,-мы незаметно попадаем в Новую Сильвию. Перед входом в нее, на широкой площадке, окруженная кустами сирени возвышается бронзовая статуя Аполлона Музагета (копия с античной). Предводитель муз в длинных, легких одеждах вдохновенно играет на кифаре. И хотя изображение инструмента не сохранилось, кажется, что гибкие пальцы Аполлона перебирают струны. Лавровый венок венчает его высоко поднятую голову.

Две тропинки, огибая скульптуру, ведут в глубь Новой Сильвии. Узкие прямые дорожки окаймлены кустами акаций, за которыми стоят могучие вековые ели, сосны. Просвета между деревьями почти нет. Полумрак. Лишь высоко над головой светлеет полоска неба, да кое-где, в местах, где луч солнца пробивается сквозь чащу, розовеют стволы сосен. Здесь всегда тихо, и только наверху среди ветвей чуть слышно гудит ветер, и, слегка покачиваясь, поскрипывают деревья. Порой дает о себе знать кукушка, или вдруг послышится стук дятла. Но эти редкие звуки лишь подчеркивают таинственную тишину. Забываешь, что ты в парке, что неподалеку отсюда находятся широкие светлые аллеи, где многолюдно и оживленно.

Как же сумел художник на сравнительно небольшой площади в 20,5 гектаров, к тому же пересеченной аллеями, создать впечатление большого, густого леса? Для этого он использует ряд интересных приемов. Пять основных дорог прокладываются в одном направлении. Как длинные зеленые коридоры, проходят они через весь район. Иногда соединяются небольшими площадками и снова расходятся. И хотя дороги расположены близко друг от друга, они разделены густо растущими между ними деревьями и высоко подстриженным кустарником. Несколько углубив в грунте дорожки, Бренна достигает того, что деревья кажутся выше, чем они есть в действительности. Кроме того, аллеи при общем сходстве различны по ширине, а значит, неодинаковы и по степени освещенности. Все это разнообразит прогулку в Новой Сильвии, создается впечатление, будто находишься в густом лесу.

И лишь та дорога, которая проходит по самой опушке вдоль берегового склона, всегда сравнительно светла. Идти по ней особенно приятно в солнечную погоду. Справа от вас высится темный бор, а слева, в просветах между деревьями, видны ярко освещенные веселые берега реки.

Еще один поворот-и дорожка неожиданно подводит к небольшому холму. Мы останавливаемся перед колонной из розового мрамора «Конец света». Так ее стали называть в начале XIX века, после того как перенесли сюда. (Прежде она находилась неподалеку от дворца за Тройной липовой аллеей). Здесь в те времена был конец парка. Одиноко стоящая среди деревьев, колонна усиливает ощущение отдаленности этого уголка.

Едва заметная тропинка ведет нас в самую глухую часть Новой Сильвии. Здесь, где всегда господствует мрак, находится одно из замечательнейших архитектурных сооружений Павловска-Мавзолей Павла.

И вдруг пустынный храм в дичи передо мной: 
Заглохшая тропа, кругом кусты седые; 
Между багряных лип чернеет дуб густой
 И дремлют ели гробовые- 

так передает свои впечатления от памятника В. А. Жуковский.

Новая Сильвия
Новая Сильвия

1. Аполлон Музагет;

2. Мавзолей Павла;

3. Колонна «Конец света»;

4. Краснодолинный мост

Словно древний греческий храм стоит среди хмурого леса. Мощны его гранитные колонны, величествен антаблемент, крепки его глухие стены, сложенные из желтого песчаника. Трауром темнеют кованые двери с изображением опущенных факелов - символов смерти. Скорбно закрыты глаза у женских масок на фризе, капли слез застыли на щеках. Надпись на фронтоне: «Супругу-благодетелю».

Девять широких ступеней ведут внутрь храма. В глубине против входа, у темного обелиска мраморная фигура склоненной женщины. Руки ее бессильно лежат на могильном камне. Голова, увенчанная короной, низко опущена. Беспомощность перед горем выражает весь ее облик. Взволнованный силой этого образа А. С. Пушкин писал: «Скорбь беспредельна, сетование чрезмерно.. . Утро в небесах застает ее в горести, теплое солнце не осушает слез ее, и дщерь молчаливой ночи-светлая луна находит ее в той же позе».

Мавзолей построен по распоряжению Марии Федоровны, которая после смерти Павла почти постоянно жила в Павловске. Строительство его было поручено в 1807 году архитектору Тома де Томону, работавшему тогда над созданием Фондовой биржи в Петербурге. Скульптуру выполнил прославленный ваятель И. П. Мартос.

В первой четверти XIX века в Павловском парке по проекту Гонзаго возникают новые участки: Долина прудов, Красная долина, Белая береза и Парадное поле. По своему масштабу они превосходят все созданное здесь ранее.

Пьетро Гонзаго, художник-декоратор императорских театров, приглашенный в Павловск в 1799 году, вначале был помощником Бренна, но после смерти Павла стал руководителем всех работ в парке. Более четверти века отдал художник его созданию.

Долиной прудов стал называться участок парка в юго-восточной части Большой звезды. Здесь на месте лесных оврагов по проекту Гонзаго были вырыты пруды. Различны их размеры, очертания берегов. Не везде одинакова глубина заполнения водою и характер растительности, их окружающей. Это во многом определило многообразие пейзажей. Сохранив почти нетронутым основной лесной массив, художник ввел в него только отдельные «картины».

Дорожки и тропинки, проходящие по всему району, огибая пруды, то выходят на лужайки, то снова скрываются в лесной чаще... В самом деле, что это-лес или парк? Кругом высокие мрачные ели, их густые косматые ветви касаются земли. Деревья подступают к самому оврагу, а внизу в узкой расщелине лежит пруд. До черноты темна его вода. Повторяя очертания берега, вьется небольшая тропинка. Кругом лесная глушь. Чуть отойдешь в сторону-мох под ногами. Хочется лечь возле высокой сосны, положить голову на ее мшистые корни и смотреть, как где-то высоко покачивается ее вершина.. .

Но вот впереди опять мелькает гладь пруда. Делаешь несколько шагов и невольно жмуришься от солнца, яркой зелени. Лес, отступив, открывает неширокую поляну, покрытую сочной травой. В ее зеленом обрамлении лежит другой пруд, с низкими ровными берегами. Вода, отражающая небо и невысокие ивы, кажется светлой. Но такие лирические картины здесь встречаются не часто. В Долине прудов преобладают пейзажи мрачные, суровые.

Иной, более светлый и радостный облик имеет Красная долина.

Спуститесь к Пиль-башне и посмотрите вниз по течению Славянки. Далеко- далеко видна вьющаяся змейкой сверкающая река. Склоны ее берегов здесь одинаково высокие, покрыты густым хвойным лесом. Они ограничивают с двух сторон длинную ровную долину, не случайно названную красной, что значит красивой. Здесь всегда как-то особенно тихо, может быть, потому, что высокие склоны задерживают не только звуки, но и порывы ветра. ..

Тропинка идет вдоль берега. У самой воды слегка покачивается высокая трава, а кругом полевые цветы - целое море ромашек, колокольчиков.. . Кое-где стоят вековые дубы и серебристые ивы. Их раскидистые кроны образуют островки тени в этом царстве солнца. Вдали виднеется крутая арка горбатого Новосильвийского моста. Простой, сложенный из серого пористого камня, когда-то с перилами из березовых стволов, он хорошо дополняет пейзаж.

Создавая эту часть парка, Гонзаго во многом сохранил естественный облик долины. Художник лишь как бы прошелся своей кистью, кое-что затушевав, а кое- что выделив яркими мазками. На склонах он оставил рослые темные деревья и этим будто сдвинул берега. Долина стала казаться уже и глубже, а посаженные у воды ивы по контрасту с темным лесом- светлее и наряднее.

Дойдя до Новосильвийского моста, мы замечаем на опушке леса две полуразрушенные арки. Одна из них ведет в небольшое помещение, сводчатые стены которого частично засыпаны землей. Рядом остатки каменной лестницы с небольшой площадкой, «разбитые статуи, барельефы, карнизы, колонки редких мраморов, выказывающиеся из травы и поросшие мхом, представляли воображению живое понятие о развалинах Греции, дышащей еще величием и славой». Так повествует об этих руинах, созданных Камероном в 1801 году, писатель и этнограф начала XIX века Павел Свиньин.

И тут же, чуть поодаль, на краю высокого обрыва стоит Краснодолинный павильон, построенный в 1801 году по проекту архитектора Камерона. Сейчас здание сильно обветшало.

На плоскую кровлю павильона, где когда-то была открытая площадка-бельведер, вела широкая наружная лестница. Ее массивные каменные столбы придавали постройке необычный вид. Внутренняя же отделка помещения отличалась простотой и изяществом. Стены были покрыты искусственным мрамором зеленовато-серого цвета. На плафоне, расписанном Гонзаго с большим мастерством, изображалось небо и тонкая как бы свисающая березовая ветка с золотисто- желтыми осенними листьями. И словно перекликаясь с нею, через большие застекленные двери зала виднелись деревья парка.

Перейдя через горбатый Новосильвийский мост и оставив справа Новую Сильвию, мы выходим к «Белой березе». Не удивляйтесь бесконечности дорожек, ведущих вас через луга, перелески и поляны. Дорожек здесь немного, но общая протяженность их велика - 38 километров. Грандиозна и площадь Белой березы- 245 гектаров.

Еще по проекту Камерона в 1784 году от большой центральной площадки были прорублены семь широких прямых просек. Тогда это было место охоты. Гонзаго, сохранив регулярную планировку, создал здесь непревзойденные образцы пейзажных композиций, определивших художественный облик этого участка, самого большого в Павловском парке.

Название свое он получил благодаря березам, посаженным по кругу центральной площадки. Присев на стоящую здесь скамью, можно подолгу любоваться их хороводом и слушать неумолчный шелест листвы. Ее прозрачное кружево с золотыми свисающими сережками, светлые стройные стволы берез-все в движении, в мягкой игре красок.

Вокруг центральной площадки Гонзаго проложил две большие дороги. Они проходят через весь район. Перед гуляющими здесь открываются широкие ландшафты типично русской северной природы во всей ее могучей красоте.

Знакомы и близки нам эти картины. То широкие открытые луга с темной полоской леса вдали. То островки небольших рощиц среди светлых полян. Или вдруг видишь одиноко стоящую вековую сосну или березу - деревья-великаны, разросшиеся на просторе.

В этом районе парка нет ни павильонов, ни скульптуры. Ландшафт не разнообразят пруды и каскады. Все богатство пейзажей достигается только умелым подбором деревьев, причем исключительно местных пород, и их компоновкой. «Деревья, - писал Гонзаго, -отличаются друг от друга формой, цветом». Среди них он видел веселые и печальные, гордые и величественные. Хорошо понимая особенности пород деревьев, строил художник пейзажи, полные настроения и чувства.

Сохранились сведения, как создавалась Белая береза. Гонзаго, обходя участки леса вместе со своим учеником Степаном Кувшинниковым, несшим кисти и ведра с черной и белой краской, намечал границы будущих рощиц, особо отмечал деревья с красивыми кронами. Те деревья, что должны были, по его замыслу, сохраниться-помечались белой краской, предназначенные к вырубке - черной. Ни одно из них не оставалось без внимания художника, словно он видел в лесной чащобе будущие картины парка.

Одни и те же группы деревьев раскрываются с разных дорожек по-разному, то в ярком свете открытой поляны, то затененные зеленью переднего плана. Вот перед нами веселые березы, ветви которых полощутся в синеве неба. Но вы прошли дальше, и березы уже сами становятся фоном, выделяя строгие темные контуры остроконечной ели. Так, используя прием контраста, Гонзаго открывает в природе своеобразие и красоту.

От Белой березы широкой прямой дорогой выходим на Парадное поле. Это еще одно совершенное произведение садово-паркового искусства, созданное Гонзаго. Еще одна неповторимая вариация на тему, которой посвящен весь Павловский парк - красота и поэтичность русской природы.

Мы останавливаемся у полноводного пруда с затейливо изогнутыми берегами и тенистым островом посредине. Тихо скользят лодки под нависшим мостом. Вокруг пруда небольшие светлые лужайки чередуются с группами то густо посаженных пихт с вершинами, похожими на шпили, то сосен, прямые стволы которых, как колонны, поддерживают зеленый свод ветвей. На полянах красуются грандиозные «букеты» из деревьев разных пород. Посаженные гнездами по нескольку деревьев, они, кажется, поднимаются из одного корня, а их общая крона необычайно пышна и нарядна.

Трудно поверить, что здесь был плотно утрамбованный плац, по которому маршировали на парадах и смотрах павловские полки. Когда-то для устройства его пришлось вырубить огромный участок леса. Но затихло Парадное поле после смерти Павла. По пустому плацу только ветер гулял, поднимая пыль. В 1803 году Гонзаго было поручено разбить здесь новый район парка. Художнику предстояло на пустом ровном месте создать оригинальные пейзажи, созвучные характеру парка в целом. Используя приемы близкого ему театрально-декорационного искусства, Гонзаго успешно справился с этой задачей.

Художник так разместил деревья и кусты, что они как бы выполняют роль зеленых кулис, подчеркивают глубину и перспективу. Пейзажи предстают как огромные декорации, умело размещенные по сторонам дорожек. Но эти декорации «изображают» русскую природу.

В архиве Павловского дворца-музея хранятся многочисленные проекты будущей планировки Парадного поля, составленные Гонзаго. Сколько различных вариантов, касающихся только формы центрального пруда, размеров и очертаний острова на нем!

Около шести тысяч деревьев было посажено на территории Парадного поля. Их привозили из Новгорода и Пскова. При посадках отбирались определенные породы, учитывались размеры деревьев, формы крон. Принималось во внимание и то, что разные породы деревьев живут разное количество лет, что одни растения угнетают другие. Ведь иначе созданные картины будут постепенно искажаться.

Так как размеры Парадного поля сравнительно невелики, Гонзаго не создавал здесь пейзажей с далекими перспективами, как в Белой березе. Особое внимание художник уделял сочетанию деревьев и кустов различных пород.

Ни в одном районе парка не увидишь такого многообразия оттенков зелени листвы весной и летом, как здесь. А осенью палитра красок особенно богата. Невозможно оставаться равнодушным, видя празднично яркий клен, листья которого, кажется, вобрали в себя все оттенки теплых тонов, от светло-желтого до багряного. Он красуется рядом с вязом, который долго остается зеленым. Или вдруг замечаешь гроздья рябины, проглядывающие сквозь побуревшие дубовые листья.

Между Парадным полем и Белой березой некогда находилось еще одно замечательное сооружение. Это был Розовый павильон, построенный по проекту Воронихина в 1807 году. «Святилище Флоры, украшенное ее любимыми произведениями», - так писал о нем современник.

Множество роз цвело вокруг этой постройки. Внутри тоже царство роз. Они были изображены на вазах, картинах, вышиты на обивке мебели. Иногда здесь слышались тихие мелодичные звуки - от дуновения ветра приходили в движение струны эоловых арф. Эоловы арфы были помещены в верхних окнах центрального зала.

Розовый павильон был местом многих встреч видных поэтов и писателей. В дни Отечественной войны 1812 года здесь читали свои патриотические стихи В. А. Жуковский, И. А. Крылов, Н. М. Карамзин, Н. И. Гнедич и другие. В павильоне происходили торжества в честь победоносного возвращения из Франции гвардейских полков. На них присутствовали прибывшие из Царского Села лицеисты, возможно, и молодой А. С. Пушкин.

Розовый павильон был знаком посетителям парка и в советское время. Разрушен он был в годы оккупации.

Работы Гонзаго, Воронихина, Росси завершили художественный ансамбль Павловска. Осуществление замыслов архитекторов было возможным благодаря труду множества крепостных мастеров, которые, претворяя проекты в жизнь, проявили высокую художественную культуру и глубокое понимание родной природы. Нельзя забыть и о крепостных людях, которые с лопатой и киркой в руках создавали парк и все то, что сейчас так восхищает нас в Павловске.

После смерти Марии Федоровны Павловск принадлежал великим князьям. Ничего художественно ценного за это время ни во дворце, ни в парке не создавалось. Наоборот, в соответствии с личным вкусом новых владельцев и без учета художественного единства интерьеров, была изменена отделка и убранство некоторых залов дворца. Парк постепенно заболачивался, зарастал, павильоны и другие сооружения ветшали.

С 40-х годов XIX века Павловск становится одним из популярных пригородов Петербурга. Это связано со строительством первой в России пассажирской железной дороги.

...1837 год. 30 октября. С шипением, пронзительно свистя, проходит маленький неуклюжий паровозик. Добросовестно тянет он несколько открытых вагонов, наполненных нарядной публикой. В первом вагоне, заглушая шум паровоза и стук вагонных колес, играет оркестр. Торжественно празднуется открытие первой в России пассажирской железнодорожной ветки. Ее протяженность казалась тогда очень большой - двадцать пять верст!

Для привлечения большого числа пассажиров около Павловского вокзала по проекту архитектора А. И. Штакеншнейдера был выстроен Курзал-концертный зал. Его часто называют первой русской филармонией.

Здесь исполнялись произведения Глинки, Чайковского, Рахманинова.. .

В течение нескольких лет приезжал сюда на гастроли Иоганн Штраус. Вот он со скрипкой перед оркестром. Поднимает смычок, и вальсы-поэмы, то легкие и грациозные, то огневые и темпераментные, захватывают, увлекают слушающих.

Однажды летом в 1862 году публика с таким энтузиазмом аплодировала композитору, что не услышала гудка последнего поезда, уходившего в Петербург, и многим пришлось ночевать в Павловске. В тот вечер исполнялась новая полька Штрауса «В Павловском парке».

Нередко здесь за дирижерским пультом появлялся композитор А. К. Глазунов. Много раз на сцену выходил Федор Иванович Шаляпин.

Железная дорога облегчила связь с Павловском, и он постепенно превращается в модную дачную местность. Окраины парка, а порой и целые его участки начинают застраиваться дачами.

После Великой Октябрьской социалистической революции павловский архитектурно-художественный ансамбль стал достоянием народа.

Дворец и парк были взяты государством под охрану. Неоднократно приезжал сюда первый нарком просвещения А. В. Луначарский. Значительные средства выделяло Советское правительство на реставрационные работы. Научный отдел, созданный при дворце-музее, начал большую работу по сохранению художественных ценностей ансамбля.

Павловск стал любимым местом отдыха ленинградцев. Но сюда приезжали не только отдохнуть-привлекала возможность познакомиться с крупнейшим памятником русской культуры. Десятки тысяч экскурсантов ежегодно посещали Павловский дворец-музей и парк.

Большие круги
Большие круги

Большие круги. Скульптура «Мир»
Большие круги. Скульптура «Мир»

Большие круги. Скульптура «Юстиция»
Большие круги. Скульптура «Юстиция»

Большая лестница
Большая лестница

Скульптура льва на верхней площадке Большой лестницы
Скульптура льва на верхней площадке Большой лестницы

Старая Сильвия. Центральная площадка
Старая Сильвия. Центральная площадка

Старая Сильвия. Аполлон и Урания
Старая Сильвия. Аполлон и Урания

Аполлон
Аполлон

Мельпомена
Мельпомена

Талия
Талия

Эрато
Эрато

Меркурий
Меркурий

Терпсихора
Терпсихора

Венера Каллипига
Венера Каллипига

Флора
Флора

Дети Ниобы
Дети Ниобы



Зеленый амфитеатр
Зеленый амфитеатр

 Пиль-башня
Пиль-башня

Каскад-руина
Каскад-руина

Ограда руинного мостика
Ограда руинного мостика

Руинный мостик
Руинный мостик

Аполлон Кифаред
Аполлон Кифаред

Дорожки Новой Сильвии
Дорожки Новой Сильвии

Дорожки Новой Сильвии
Дорожки Новой Сильвии

Мавзолей Павла
Мавзолей Павла

Мавзолей. Скульптура
Мавзолей. Скульптура

Колонна «Конец света»
Колонна «Конец света»

В Долине прудов
В Долине прудов

 Пейзаж в районе Белой березы
Пейзаж в районе Белой березы

 Березы на центральной площадке
Березы на центральной площадке

 Парадное поле
Парадное поле

Пейзаж в районе Парадного поля
Пейзаж в районе Парадного поля

Пруд на Парадном поле
Пруд на Парадном поле

Чугунные ворота Росси
Чугунные ворота Росси

Здесь можно было видеть архитекторов, скульпторов, художников. Студенты художественных вузов страны проходили в Павловске практику. Они делали обмеры, зарисовки дворца, павильонов и их архитектурных деталей. Зрелые мастера также изучали эти памятники. Павловский Курзал стал одним из центров музыкальной жизни нашего города. Так было до Великой Отечественной войны. Но внезапно фашистская Германия напала на нашу страну.

Сентябрь, 1941 год. Фронт совсем близко. Разрываются вражеские снаряды, оглушительно свистят бомбы. Научные сотрудники и рабочие музея, пренебрегая опасностью, спасают художественные ценности. Один за другим ко дворцу подъезжают грузовики. На них устанавливают тщательно упакованные ящики с фарфором, бронзой, картинами, уникальной мебелью. Вывозятся чертежи, рисунки архитекторов, художников-создателей Павловска.

В парке снимают с постаментов статуи и зарывают глубоко в землю. Тщательно составляется документация: инвентарные описи, топографические планы захоронений. Враг будет разбит. Павловск должен жить.

А фашисты совсем близко. Бои идут на подступах к городу.

Первый советский солдат, павший в бою под Павловском, был с воинскими почестями похоронен у братской могилы рабочих, казненных Юденичем в 1919 году.

Немцам удалось оккупировать Павловск. . .

Прошло два с половиной года самоотверженной борьбы советских людей с врагом. Разгромленные под Ленинградом фашистские дивизии начали отступать. 24 января 1944 года оккупанты были изгнаны из Павловска.

Советские люди возвращаются в освобожденный город. Всех волнует вопрос, что с дворцом, в каком состоянии парк. Вот аллея у привокзальных прудов. Она сохранилась. Но где же дворец? Стоят разрушенные, обезображенные кирпичные стены. А парк? Он сильно вырублен. Особенно пострадали Старая Сильвия и Большая звезда. Болота, пни, воронки от бомб и снарядов оставили здесь после себя фашисты. Многие вековые сосны, ели были вырублены для устройства дотов и бункеров. Некоторые деревья стояли со срезанными кронами, немало их лежало на земле. Они вздымали обнаженные корни, словно взывая к отмщению.

Следы пребывания врага всюду. Осторожно, шаг за шагом проходит группа саперов, а за ними остаются то там, то здесь красные флажки. Предупреждение. Осторожно, мина! Неразорвавшийся снаряд! Много их, алеющих на темной земле флажков. В подвалах дворца были обнаружены заложенные фашистами мины, снаряды и бомбы замедленного действия. Самоотверженная работа саперов предотвратила опасность взрывов.

С первых же дней освобождения жители Павловска трудились над восстановлением искалеченного, израненного парка. Кто с ломом, кто с топором, лопатой, они корчевали пни, рыли осушительные канавы, засыпали воронки и траншеи. Ждать было нельзя. Парк погибал.

В научном отделе музея велась напряженная работа по изучению чертежей, планов, рисунков и фотографий. Перед корчеванием пней проводился тщательный учет, где и какие породы деревьев находились в парке. Это было важно для восстановления. А на окраине уже создавались питомники для новых насаждений.

Каким радостным праздником была первая посадка деревьев в парке! Не верилось тогда, что тонкие прутики березок и хрупкие маленькие елочки станут когда-нибудь большими деревьями.

Одновременно по топографическим планам раскапывали захороненную скульптуру.

Двенадцать дорожек. Стоят оголенные постаменты. Металлические щупы осторожно проникают в землю. Едва заметный звук соприкосновения с ящиком, в котором находится скульптура. Она сохранилась! Подъемные краны устанавливают статуи на пьедесталы.

Но вот скульптуру Больших кругов не сразу удалось найти. Это очень взволновало сотрудников музея. После тщательных поисков оказалось, что статуи «Мир» и «Правосудие», закопанные на террасах, в силу своей тяжести ушли довольно глубоко в грунт. Нужно было проявить осторожность, чтобы при подъеме не повредить хрупкий мрамор.

Сохранилась и была вынута из земли и группа Трискорни «Три грации». Но прежде чем ее поднять, пришлось поработать саперам. Покидая Павловск, гитлеровцы заминировали эту скульптуру, полагая, что при первом соприкосновении с нею взорвется мина. Расчеты их не оправдались. Без единой царапины «Три грации» были извлечены и установлены на прежнее место.

Происходило как бы второе рождение скульптуры Павловска.

Дворец - главная постройка ансамбля - был в руинах. Купол, кровля, междуэтажные перекрытия отсутствовали. Центральный и боковые корпуса во многих местах были пробиты снарядами. Почти вся отделка залов, опаленная огнем, погибла. Но тщательный осмотр показал, что в завалах дворца среди обломков обгоревшего кирпича сохранились части рухнувших плафонов, колонн, пилястр. На стенах в ряде мест были найдены фрагменты лепки, росписи, куски искусственного мрамора. Они рассыпались от прикосновения. Чтобы приостановить дальнейшее разрушение, срочно возводились временные перекрытия.

Война еще продолжалась, но уже принимались необходимые меры к спасению дворца. Специалисты опрыскивали уникальные гипсовые фрагменты внутренней отделки закрепляющим раствором. Потом их снимали и инвентаризировали. По этим образцам отформовывали копии. Копии делали также с сохранившихся кусочков искусственного мрамора. Все это было необходимо для предстоящих реставрационных работ.

Командование армии разрешило находящемуся на военной службе скульптору Р. К. Тауриту - ныне лауреату Ленинской премии-прибыть в Павловск для участия в этих работах. Из армии вернулся и Ф. Ф. Олейник-архитектор и художник, ставший первым автором проекта восстановления дворца. Он работал в Павловске еще до войны и хорошо знал его. Были приглашены и другие крупные специалисты. Вместе с ними трудилась молодежь-студенты Художественно-промышленного училища им. Мухиной.

Сколько внимания, терпения, изобретательности, инициативы, а главное-любви к делу проявили художники и архитекторы при выполнении сложной задачи-восстановить крупнейший памятник архитектуры. Возглавила эту работу А. И. Зеленова-директор Дворца-музея, всю жизнь посвятившая Павловску.

Двадцать с лишним лет прошло после освобождения Павловска. Дворец, варварски разрушенный гитлеровцами, возрожден. Восстановлены все его фасады, многие музейные помещения, в том числе Итальянский, Тронный, Картинный залы, Библиотека, Кабинет-«фонарик». Принимает прежний облик и парк. Восстановлены многие его павильоны, мосты. Поднимаются, растут молодые деревья. Скоро вновь зашумят каскады и наполнится водою Славянка.

Первый район, в который попадаешь приехав в Павловск по железной дороге,-это Большая звезда, когда-то уничтоженная оккупантами.

. . .Молодые елочки и сосны, тонкие кудрявые березы; крепкие дубки и клены - молодая поросль шумит вокруг. По широким аллеям приезжающие устремляются в глубь парка. Одни направляются к залитым солнцем склонам Славянки, другие в тенистую долину прудов, третьих привлекает тишина Сильвии. А вечером теми же аллеями они возвращаются к вокзалу, переполненные впечатлениями.

Побывав в Павловском парке, хочется снова и снова вернуться туда. И каждый раз здесь можно увидеть что-то новое, прекрасное...

предыдущая главасодержаниеследующая глава




Рейтинг@Mail.ru
© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2012
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://museums.artyx.ru "Музеи мира"

На www.окна-сити.рф пластиковые окна в Нвороссийске.